Как поведенческая наука помогает сдержать коронавирус

Чтобы преодолеть самый масштабный медицинский кризис за прошедшие сто лет, люди должны изменить свое поведение в глобальном масштабе.

В конце марта Дебора Биркс, одна из ключевых советниц американского правительства в борьбе с COVID-19, выступила с заявлением: сама медицина не сможет спасти мир от коронавируса
— это под силу только поведению. «Не существует никакой «волшебной пули». Нет какой-то магической вакцины или терапии, — сказала она на брифинге в Белом доме. — Дело только в человеческом поведении. Каждое наше действие порождает последствия, которые могут изменить ход этой вирусной пандемии».

Чтобы преодолеть самый масштабный медицинский кризис за последние сто лет, люди должны изменить свое поведение в глобальном масштабе. Но чтобы убедить огромное количество
индивидуумов не трогать лицо руками, носить маски, оставаться дома и соблюдать социальную дистанцию, нужно нечто большее, чем публичные призывы. Для этого понадобится глубокое понимание человеческого поведения, которое должно обеспечить эффективность государственной политики. Здесь на помощь может придти бихевиористика.

Чтобы достичь этого, нам понадобится гораздо больше данных, чем до сих пор. Важнейшая метрика, которую мы сегодня имеем, — это отчеты о количестве инфекций и смертей, статистика «урожая» болезни. Зато нам известно очень мало о таких факторах, как, например, страх, дезинформация, стресс и социальные нормы, которые лежат в основе поведения людей и влияют на передачу вируса. А о факторах, которые побуждают людей игнорировать рекомендации правительства, мы знаем еще меньше.

Чтобы восполнить эти пробелы, сегодня круглосуточно работает консорциум из более чем ста ученых-бихевиористов с пяти континентов. Эта международная группа должна измерить основные социальные и материальные последствия пандемии. Задача проста: показать в реальном времени, что работает, а что
— нет.

Глобальное исследование состоит из трех этапов. В основе первого лежат еженедельные 20-минутные опросы, которые оценивают, как люди справляются с последствиями такого беспрецедентного кризиса. Вопросы в анкете касаются индивидуальных мыслей, чувств, переживаний и мотивации, а также того, как COVID-19 влияет почти на все социальные параметры
— от доверия правительству до отношения к мигрантам. В опросе уже приняли участие более 45000 человек из ста стран. Ежедневно проводятся новые анкетирования.

На втором этапе используются анонимизированные данные, включающие, в частности, информацию о геолокации, собранную с помощью IP-адресов, чтобы исследовать темп распространения инфекции и его региональную специфику. Впоследствии эти данные совместят с другими источниками публичной информации
— от статистики по безработице до криминальных хроник, чтобы сравнить эффективность правительственных шагов в разных странах.

На третьем этапе с помощью сложного компьютерного анализа эти гигантские массивы данных преобразуют в практические рекомендации, которые смогут использовать правительства в
своей политике. Они будут открытыми для политиков, ученых и лидеров мнений со всего мира.

На какие вопросы помогут ответить эти данные? Например, сможет ли гигантское стимулирования экономики, в частности то, которое проводят Соединенные Штаты, улучшить эмоциональное самочувствие людей? Уменьшит ли надежду нехватка медицинского оборудования? Какие факторы снижают доверие граждан к правительству? И почему одни люди придерживаются рекомендаций по предотвращению заражений, а другие
— нет?

Дезинформация является одной из главных черт нынешней пандемии COVID-19. Конспирологические теории и мифы (например, что коронавирус — это биологическое оружие, созданное в лабораториях ЦРУ, что он распространяется через сети 5G, а алкоголь спасает от заражения) прокатываются социальными сетями, как волны, подрывая доверие к власти. Без научных данных, которые могут объяснить людям, что действительно происходит, их разум отправляется в «свободное плавание».

Но нехватка данных касается также социальной сферы. Хотя есть множество исследований о том, как люди реагировали на прошлые эпидемии, а также происходят попытки применить эти знания на практике (например, например, недавние исследования ученых из Нью-Йоркского и Стэнфордского университетов). Когда же речь идет о COVID-19, книжные полки пока относительно пусты.

В частности, нам очень мало известно о том, как люди реагируют на стресс, который вызывает эта глобальная пандемия, а также то, как закрытие школ, бизнесов и принуждение людей к самоизоляции влияют на их эмоциональное и финансовое состояние.
Необходимоа количественное определение этих воздействий. Оно должна помочь правительствам разработать и усовершенствовать эффективные ответы, адаптированные к человеческому поведению.

Возьмите, например, политическую поляризацию. Перед карантином люди формулировали свои политические взгляды, в частности, через персональное взаимодействие. Теперь приоритетными становятся онлайн-источники информации.
Эта тенденция может углубить политические и культурные разделения. Еще большей угрозой может стать возложение вины за распространение вируса на отдельные страны или сообщества, что может привести к дискриминации. Но если укреплять такие ценности, как сотрудничество и партнерство, предубеждения можно будет уменьшить.

Во время прошлых пандемий болезнь становилась лишь первой волной кризиса. Далее наступал распад самой социальной ткани. Ужасная эпидемия бубонной чумы в Европе в 14 веке обусловила вспышки насилия, ведь люди, которые выжили, стремились отомстить тем, кого они считали виновными. А во время недавней вспышки свиного гриппа в 2009 году люди «собрались вокруг своих флагов» и стали менее толерантными к многообразию. Уже сейчас можно наблюдать такие тенденции в Италии, где на смену пения на балконах по вечерам пришел страх перед вандализмом, кражами и насилием.

Чтобы помочь миру справиться с первой волной и предотвратить вторую, правительства должны принимать решения, которые должны учитывать сложный характер человеческого поведения. Неспособность понять социальные последствия правительственных действий может иметь такие же разрушительные последствия, как и сам коронавирус.

Поэтому COVID-19 — это вызов и для социальных наук. Ведь основные средства, которые есть в нашем распоряжении для борьбы с вирусом, — поведенческие. Именно поэтому ученые-бихевиористы должны быть в передних рядах противостояния пандемии. Их вклад должен гарантировать, что стратегии, которые сегодня реализуют правительства во всем мире, будут действительно эффективными.

23.05.2020

Предложить интересную новость, объявление, пресс-релиз для публикации »»»

Источник: psyfactor.org

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.