Шанс России — в неотвратимости возмездия: эксперт объяснил тактику Москвы в споре о ДРСМД

8 декабря 2018 года исполнился 31 год подписанию Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД).

Согласно условиям договора, к 1991 году СССР уничтожил 1846 ракетных комплексов, а США — 846. Тем самым ДРСМД впервые в истории позволил ликвидировать целый класс вооружений — комплексы баллистических и крылатых ракет наземного базирования средней (1—5,5 тыс. км) и меньшей (от 500 до 1 тыс. км) дальности. Кроме того, СССР и США обязались не производить, не испытывать и не развертывать такие ракеты в будущем.

При этом каждая из сторон получила право расторгнуть ДРСМД, представив убедительные доказательства о необходимости выхода из него.

Что-то пошло не так

На протяжении более тридцати лет ДРСМД являлся одним из столпов современного режима контроля над вооружениями. Однако в настоящее время будущее этого договора вызывает большие сомнения.

Инициатива России и США придать ДРСМД глобальный характер не получила поддержки со стороны других держав. К тому же, Польша и Чехия в 2007 году согласились принять предложение США о размещении элементов ПРО на их территории. С точки зрения России, подобные действия Вашингтона нарушали условия договора. 

Отметив этот момент, командующий РВСН ВС России генерал-полковник Николай Соловцов объявил, что наша страна готова восстановить производство баллистических ракет средней дальности. Это было первый тревожный звонок — с ДРСМД что-то пошло не так.

А в 2018 году вместо звонка взревела настоящая «сирена»: 20 октября президент США Дональд Трамп заявил, что Штаты выйдут из ДРСМД. Глава американского государства объявил, что подобное решение продиктовано якобы несоблюдением Россией условий ДРСМД и «разработкой этого оружия Китаем».

Россия, со своей стороны, заявила следующее.

Во-первых, американские претензии в отношении несоблюдения российской стороной условий ДРСМД голословны.

Во-вторых, выход Штатов из ДРСМД может спровоцировать новый виток гонки вооружений и рост напряженности в Европе.

В-третьих, выход США из ДРСМД Россию не испугает, но заставит озаботиться дополнительными мерами по обеспечению своей безопасности. Например — в срочном порядке принять на вооружение ВС РФ сухопутные мобильные комплексы, оснащенные баллистическими ракетами средней дальности.

В-четвертых, Россия все же хотела бы избежать отказа от ДРСМД. Последнее в своем выступлении подчеркнул заместитель министра обороны России генерал-полковник Александр Фомин.

«Что касается заявления о намерениях США выйти из Договора о ракетах средней и меньшей дальности, нам хотелось бы, чтобы это все-таки осталось намерением и не было реализовано. Надеемся, что этого не произойдет. И для этого мы делаем все возможное на всех площадках», — сообщил Фомин.

Претензии и бенефициары 

По словам пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова, президент США Дональд Трамп и его российский коллега Владимир Путин планировали «наметить пути диалога» по ДРСМД во время встречи на полях саммита G20 в Аргентине. Однако, как известно, Трамп от этой встречи отказался. Свое решение американский президент объяснил несогласием с действиями российской стороны, осуществившей 25 ноября задержание у берегов Крыма корабельно-катерной группы ВМСУ.

Итак, на данный момент ситуация выглядит следующим образом. Американцы пытаются шумно, но бездоказательно уличить Россию в разработке и принятии на вооружение ракеты наземного базирования 9М729, чья дальность якобы превышает разрешенные ДРСМД параметры. В свою очередь, российская сторона укоряет Штаты в разработке ударных беспилотных летательных аппаратов, которые, по мнению Москвы, попадают под запрет в соответствии с ДРСМД. У Вашингтона, как нетрудно догадаться, — кардинально другой взгляд на ударные БПЛА. 

Не осталась без внимания России и проблема, связанная с масштабными программами Пентагона по задействованию так называемых ракет-мишеней в испытаниях, заявляемых как противоракетные. Россия подозревает США в том, что под видом указанных программ американцы отрабатывают вопросы поддержания и развития технологий, производственного потенциала, а также аспекты боевого применения запрещенных по ДРСМД баллистических ракет средней и меньшей дальности.

Еще один камень преткновения для Москвы — развертывание универсальных пусковых установок Мk-41 в составе комплексов «Иджис Эшор», размещаемых в Европе якобы исключительно для решения противоракетных задач. Однако, по мнению России, упомянутые ПУ позволяют осуществлять боевое применение с земли крылатых ракет средней дальности «Томагавк» и других ударных вооружений. Что, разумеется, противоречит положениям ДРСМД. 

Что ж, противоречий у сторон, когда-то поставивших свои подписи под ДРСМД, к 2018 году накопилось немало. В дополнение к этому отметим еще два нюанса, которые явно «подогревают» с американской стороны ситуацию вокруг договора. 

Активными сторонниками и очевидными бенефициарами развала ДРСМД являются корпорации американского ВПК. Отказ от договора гарантированно прольет над ними «золотой дождь» — ведь Штатам срочно понадобятся собственные новейшие РСМД и столь же новейшие собственные средства для противодействия российским ракетам. 

Нельзя также не отметить, что ДРСМД активно используется президентом США в качестве рычага давления, причем не только на Россию, но и на Китай. Тот в число стран-подписантов ДРСМД не входит, что позволяет Пекину совершенно законно наращивать количество своих РСМД. Это явно не устраивает Штаты, в силу чего Трамп еще в конце октября заявил, что КНР должна быть включена в ДРСМД. Из чего следовало, что если Москва хочет сохранить ДРСМД, то пусть способствует присоединению Пекина к договору…

Следующий акт мелодрамы под названием «борьба за сохранение ДРСМД» разыгрался 4 декабря, когда Госдеп США официально объявил, что если Россия не признает своих нарушений положений ДРСМД и не устранит их, то США выйдут из договора через 60 дней. В тот же день этот ультиматум был поддержан НАТО. 

Очевидно, что Россия откажется признавать какие-либо свои нарушения ДРСМД. Как можно признать, а уж тем более исправить то, существование чего никем не доказано? Правильный ответ — никак. 

К тому же, отказ РФ пойти на уступки Вашингтону и Брюсселю будет также обусловлен репутационными потерями, которые понесла бы Москва в случае потакания требованиям коллективного Запада. 

Таким образом, выход через пару месяцев Штатов из ДРСМД представляется практически неизбежным. Если, конечно, в последний момент Трамп не передумает… 

Как видим, ситуация вокруг договора тридцатилетней давности сложилась весьма запутанная и, мягко говоря, не особо обнадеживающая в смысле его сохранения.

Злая шутка из прошлого

С просьбой прокомментировать проблематику Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности ФАН обратилось к известному российскому политологу, президенту Института национальной стратегии Михаилу Ремизову. Он рассказал о тактике Москвы в споре о ДРСМД и объяснил, почему шанс России удержать американское руководство от непоправимых шагов связан с идеей неотвратимого возмездия.

— Михаил Витальевич, в декабре 1987 года США и СССР подписали Вашингтонский договор, по условиям которого стороны согласились уничтожить все РСМД как класс. Официальная советская пропаганда подавала заключение ДРСМД как важнейшее достижение Советского Союза в борьбе за мир во всем мире. Какую бы оценку вы дали договору на момент его подписания?

— ДРСМД совершенно обоснованно подвергался критике за его несбалансированность. В частности, американская сторона, не нарушая положений договора, сохраняла возможность компенсировать запрет на ракеты средней и меньшей дальности наземного базирования за счет массового размещения крылатых ракет на морских носителях. В количестве последних США имели и до сих пор имеют заметное преимущество перед нами. 

— Это единственный явный американский «бонус», который «остался за кадром» ДРСМД?

— Нет, разумеется. Американцы существуют в принципиально ином геополитическом окружении. Условно говоря — на «острове» в условиях отсутствия прямых военных угроз. СССР, а за ним и Россия оказались в кольце достаточно серьезных внешних рисков и угроз. Москве приходилось заниматься не только вопросами стратегического сдерживания в отношении США, но и проблематикой сдерживания своих соседей по Евразии. В последнем процессе немалую роль играли как раз те самые РСМД, которых Москва лишилась по условиям договора 1987 года. Таким образом, и здесь мы потеряли больше, чем американцы.

— Но были же в ДРСМД для Москвы и положительные стороны?

— Конечно, были. Это, в первую очередь, отсутствие в Европе американских РСМД, радикально сокращающих подлетное время. Подобные системы вооружений крайне затрудняли для Москвы выстраивание стратегического баланса, основанного на принципе неотвратимого возмездия и рациональном расчете сторон, принимающих решения. 

— Так чего же было больше в ДРСМД для СССР — плюсов или минусов?

— Сформулирую ответ следующим образом. Я считаю, что на тот момент Советский Союз мог бы добиться для себя лучших условий. Но слишком уж велико у представителей советской стороны оказалось тогда желание достичь хоть каких-то договоренностей. Видимо, это желание и сыграло свою злую шутку. 

В погоне за свободой рук

— К концу 2018 года будущее ДРСМД повисло на волоске. Президент США Дональд Трамп анонсировал выход Штатов из договора. Трампа «хватают за руки» собственные сенаторы и европейские партнеры по НАТО, но Дональд не сдается! США ожидают, что Россия «вернется к выполнению ДРСМД в течение двух месяцев», а если этого не произойдет, Вашингтон приостановит свои обязательства по соглашению, заявил недавно в Брюсселе госсекретарь Майк Помпео. Почему Трамп так энергично старается покончить с ДРСМД?

— Соединенные Штаты совершенно справедливо считают этот договор устаревшим. Прежде всего — в части геополитических реалий современного мира. Если в 1987 году США концентрировались на стратегическом сдерживании СССР, то в наши дни Вашингтон озабочен сдерживанием не только России, но и Китая, а также, в целом, наращиванием сил и средств в Восточной Азии. 

— Что вы имеете в виду?

— Геоэкономический и геополитический центры тяжести, а также центр многих потенциальных конфликтов, сейчас смещаются в Восточную Азию. В свете этого, думается, американцы считают полезным наличие РСМД на своих базах в данном регионе. Это первая из причин, которая может побуждать Соединенные Штаты к выходу из ДРСМД. Второй причиной я бы назвал новейшие отечественные разработки в области вооружения и военной техники.

— Это те, перечень которых президент России озвучил 1 марта в ходе ежегодного послания к Федеральному Собранию Российской Федерации?

— Да. Очевидно, что часть этих разработок вызывает большое беспокойство у Штатов. Взять хотя бы российский гиперзвуковой авиационный ракетный комплекс «Кинжал». Американские авианосные ударные группы — столпы военного могущества США, — сейчас не имеют эффективных средств противодействия российским гиперзвуковым ракетам. Смириться с тем, что американская гегемония на морях и океанах поставлена под угрозу, Вашингтон не может. Один из возможных ответов — выход из ДРСМД.

— Этим основные причины, подталкивающие американское руководство к выходу из ДРСМД, видимо, исчерпываются?

— Я бы к уже сказанному добавил третью причину — стремление США выйти на новый этап сдерживания России. С этой точки зрения, выход американцев из ДРСМД можно рассматривать в том же контексте, что и выход Штатов из Договора об ограничении систем противоракетной обороны при Джордже Буше-младшем. То и другое может быть актуальным в контексте американской концепции стратегической неуязвимости. В логике этой концепции, США должны обладать возможностью нанесения обезоруживающего первого удара, вслед за которым ответ либо вообще не последует, либо последует, но не сможет нанести Штатам неприемлемого ущерба. 

— Словом, американцы хотят, чтобы у них все было, а им за это ничего не было?

— Можно и так сформулировать. Не то чтобы американцы стремились непременно нанести обезоруживающий первый удар — нет. Но они стремятся иметь возможность нанести такой удар, если обстановка, по их мнению, того потребует. И, как следствие, — иметь возможность вести диалог с позиции силы. Замечу, что глобальная система ПРО ориентирована именно на добивание остаточного ответного потенциала после гипотетического превентивного обезоруживающего удара. Возможное же размещение РСМД по периметру российских границ позволило бы Вашингтону существенно нарастить мощность того самого превентивного обезоруживающего удара. Проще говоря, американцы действительно хотят иметь свободу рук в любой точке Земного шара, но при этом желают, чтобы им ничего за это не было.

— В любой точке Земного шара, включая Россию?

— Конечно. Но пока российский военный потенциал плохо согласуется с идеей американской неуязвимости.

— Как вы считаете, в итоге Штаты все же откажутся от действующей редакции ДРСМД?

— Скорее всего, да. Ультиматум в адрес России по поводу исполнения договора — это всего лишь способ переложить на Москву ответственность за его разрыв. В самих США принципиальное решение, по всей видимости, уже принято. Появится ли вместо ныне действующего ДРСМД какой-то его модифицированный вариант — этот вопрос пока остается открытым. На мой взгляд, Россия в принципе заинтересована в том, чтобы предложить свою адаптацию ДРСМД под новые геополитические и технические реалии. Например, если американцев беспокоит Восточная Азия, мы были бы заинтересованы в том, чтобы ограничить требование о неразмещении ракет европейским континентом.

«Мертвая рука» возмездия

— Алгоритм «ты — мне, я — тебе» и ситуация торга достаточно стандартны для политики. Что гипотетически Соединенные Штаты могли бы попросить у России взамен на согласие Трампа подписаться под новой редакцией ДРСМД?

— Думаю, речь пошла бы, в первую очередь, об уже упоминавшихся российских новейших системах вооружений.

— То есть разменной монетой стали бы «Кинжал» и другие упомянутые Путиным разработки?

— Именно так. В конце концов, это достаточно стандартная ситуация — создать позицию в переговорном пространстве, обозначить точку давления и, в обмен на обещания сохранить status quo, постараться что-нибудь получить от визави. 

— Могут ли при этом в контур американских требований быть включены российские уступки по сирийской и украинской проблематике?

— Думаю, что нет. Фигурально выражаясь, такая постановка вопроса, когда ковбой выкладывает свой кольт на стол, может возникнуть только в ситуации четкого понимания, что у партнера барабан пустой. Так с нами будут разговаривать, если России не удастся сохранить стратегический баланс. Сейчас же предпосылок для диалога с Москвой в подобном тоне нет. 

— Допустим, от старой редакции ДРСМД Штаты отказались, новая же редакция договора так и не появилась. Какими будут последствия для России?

— На мой взгляд, России надо исходить именно из такого сценария и к нему готовиться. Не потому, что он единственно возможный, просто готовность действовать при наиболее пессимистичном варианте развития событий является единственным залогом сильной переговорной позиции. Если мы не хотим, чтобы нам выкручивали руки с точки зрения условий новых соглашений, то мы должны быть готовыми продемонстрировать достойный ответ на подобные угрозы. 

— Главная из этих угроз — это?..

— Конечно же — размещение американских РСМД в Европе. Понятно, что далеко не все европейские страны готовы принять у себя эти комплексы. Но, например, такие государства, как Польша, Румыния и прибалтийские республики, что называется, сочтут за честь пойти навстречу предложению заокеанских партнеров. Для нас это будет означать сокращение подлетного времени нацеленных на нас ракет, сокращение времени на принятие российским командованием решения о нанесении ответно-встречного удара, существенное увеличение мощности превентивного обезоруживающего и обезглавливающего удара по целям на нашей территории.

— В чем разница между обезоруживающим и обезглавливающим ударами?

— Первый уничтожает ответный потенциал, второй — тех, кто способен этот ответный потенциал привести в действие. 

— Что мы можем противопоставить этому? Ну, кроме ускоренного принятия на вооружение сухопутных мобильных комплексов, оснащенных баллистическими ракетами средней дальности, и их развертывания в позиционных районах на западном направлении?

— В описанных выше условиях России просто не остается других вариантов, кроме как прорабатывать сценарий неминуемого возмездия, осуществление которого будет передоверено автоматизированным системам.

— Надо полагать, речь идет о дальнейшем совершенствовании фигурирующего на Западе под прозвищем «Мертвая рука» комплексе автоматического управления массированным ответным ядерным ударом «Периметр». Насколько известно, в декабре 2011 года командующий РВСН генерал-лейтенант Сергей Каракаев заявил, что система «Периметр» существует и находится на боевом дежурстве…

— Я не могу судить о реальных характеристиках подобных систем, но могу констатировать изменение стратегической ситуации в случае размещения американских РСМД в Европе. Мы рискуем оказаться в ситуации, когда ядерное сдерживание перестанет быть политической моделью и станет кибернетической моделью. Просто потому, что радикальное сокращение подлетного времени в принципе выводит из игры человеческое решение и ставит вопрос об автоматизации ответа. Конечно, это создает качественно новый уровень рисков для человечества. На мой взгляд, будет крайне важно донести осознание этих рисков до американцев, когда и если они попытаются приступить к размещению своих РСМД в Европе.

Автор:
Андрей Союстов

Источник: riafan.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.